Новости Крыма - крымская служба новостей

Проект Новости Крыма, логотип ©
$/RUB 75.9
воздух +14
море +9

Общество

Вторая волна «новых детей»

среда, 7 января 2009 13:51

Интервью с директором Московского семейного клуба «Родительское собрание» Ниной Иващенко, занимающейся «детьми Индиго»

Американские психологи Ли Кэрролл и Джен Тоубер обобщили детей, не вписывающихся в жестко детерминированную действительность, в группу под названием «дети Индиго». В книге «Новые дети уже пришли» они объясняют, что у этих детей аура синего цвета, в отличие от обычных детей, у которых аура оранжевая.

Таких детей становится все больше и больше. В связи с этим в странах, где школьная педагогика основана на традиционной практике, массовое образование переживает тяжелый кризис. Привычные схемы уроков, принятые формы отношений между детьми и педагогами, устоявшаяся практика оценки успешности ученика перестают давать желаемый результат. По другому подходят к образованию и воспитанию новых детей в альтернативных школах. Об этом рассказала директор Московского семейного клуба «Родительское собрание» Нина Иващенко.

Вторая волна новых детей

Нина Наумовна, вы посвятили работе с детьми свою жизнь, скажите, исходя из своего опыта, действительно только в последние десятилетия стали появляться «новые дети» или они были всегда?

— Я начала свою работу в школе в 1971 году и считаю, что в российском образовании мы переживаем вторую волну «других» детей. Первая волна — поколение «акселератов», родившихся в начале шестидесятых годов. Они были другими даже внешне. Дети хрущевской оттепели, не знавшие голода, хорошо одетые, они были стройными и уверенными в себе. Телевизоры и магнитофоны в каждой семье знакомили их с последними веяниями моды и лучшими образцами популярной музыки. Они знали песни «Битлз» и рок-оперу «Иисус Христос — Суперзвезда». Я до сих пор с удовольствием вспоминаю свою работу с этими ребятами. В 1975 году классы в школах Москвы были укомплектованы по сорок, а то и по сорок два — сорок три человека. Я вела математику в трех таких классах. Большинство из моих учеников было выше меня на голову. Они вызывали острое раздражение старшего поколения учителей тем, что никак не желали принимать то, что казалось им бессмысленным: палочную дисциплину, почтение к взрослым вне зависимости от личных качеств этих взрослых, веру в идеологические штампы. Они одевались и держались в соответствии со своими представлениями о красоте и приличиях. Это было постоянной причиной конфликтов. Я помню, какую ярость администрации вызывали девушки, которые приходили на школьные вечера в сшитых на уроках труда ситцевых юбках до пят, и юноши с локонами до плеч. Они практически все красиво курили, подражая героям кинофильмов, красиво влюблялись, и умели дружить. Год моей работы в этих классах дал мне опыт, благодаря которому я не растерялась потом, когда в 1991 году в нашу частную школу пришли дети второй волны российского «потепления».

И какие они, «эти новые дети»?

— Пожалуй, главной особенностью этих новых детей была какая-то удивительная для нашей грубой действительности хрупкость. Их реакция на резкость в любом ее проявлении была почти шоковой. Нервозность взрослого мгновенно улавливалась и вызывала резонансную реакцию. Казалось, что нервная система у них настроена тоньше, чем у предыдущих поколений, и поэтому они более уязвимы и ранимы. Но зато открытость к любой новой информации, радость познания, контактность создавали им другого рода защищенность.

Одним из этих детей был мой младший сын Федор, и я могла увидеть проблему и с точки зрения учителя, и с точки зрения мамы. Мой сын неоднократно удивлял меня своей способностью обратиться к незнакомому человеку, если ему казалось, что этот человек может рассказать что-то интересное. Например, однажды на пляже Федя увидел молодого человека, который жонглировал тремя апельсинами. Он, недолго думая, подошел к этому человеку и сказал: «Покажите, пожалуйста, как Вы это делаете?» Довольно быстро молодой человек научил его этому нехитрому фокусу, а я удивилась тому, что мне мое воспитание не позволило бы так просто подойти к незнакомому человеку и о чем-то его попросить. И еще я тогда подумала, что очень многое прошло мимо меня из-за ложной застенчивости и закрытости, которые привило нам наше время.

Если бы Федя был единственным ребенком, мне было бы сложнее оценить разницу между его сверстниками и более старшими поколениями детей. Но мне было с кем сравнивать. Старшие мои дети прекрасно воспитаны, успешны и в учебе и в карьере, они оба талантливо рисовали, легко учились, всегда были самостоятельны и ответственны. Но закрытость и недоверие к окружающему миру для них естественны и органичны.

Однажды на экскурсионном теплоходе, где мы были всей семьей, играла скверная в самом плохом смысле «попсовая» музыка. Старшая моя дочь Женя раздражалась, злилась и говорила, что поездка для нее испорчена. Восьмилетний Федя пошел в радиорубку и попросил сменить кассету. Зазвучали добротные, проверенные временем хиты Queen и Stranglers, настроение всех экскурсантов поднялось, и проблема рассосалась сама собой. Эти два случая кажутся мне типичными примерами разницы прежнего и нового отношения к жизни вообще.

Выпадающие из школьного социума

Комфортно ли с такими детьми?

— Не могу сказать, что творческий и нетривиальный подход таких детей к решению своих проблем всегда удобен для окружающих. На всю жизнь я запомнила, как по дороге из школы шестилетний Федя, не получив от меня мороженое, стал капризничать и канючить. Я достаточно резко его одернула, и он, выждав, когда в вагоне метро закроются двери, встал передо мной в проходе и мелодраматически громко и со слезой в голосе воскликнул: «Ну вспомни! Ведь ты же была моя мама!» Описывать реакцию окружающих пассажиров не приходится. Я еле дождалась следующей остановки, и выскочила из этого вагона. Ребенок был совершенно удовлетворен, он показал мне, что резкость не лучший способ общения с ним. Интуитивно он обратился не к разуму, а к чувству юмора, и это оказалось оптимальным для него решением в этом случае.

В школе я видела, что подавляющее большинство детей, которых родители приводят к нам, отличаются таким же, как и у Феди, обостренным чувством собственного достоинства, необыкновенной интуицией, общительностью и раскованностью. Они все оказались артистичными, с прекрасными художественными данными, делали интересные обобщения и неожиданные выводы, но совершенно не признавали навязанных им ограничений, смысла которых не понимали. При этом многие из них не держали внимания, плохо выговаривали некоторые звуки, с большим трудом осваивали навыки письма. В частной школе с небольшими классами, с этими детьми работать непросто, но интересно, а для массовой школы они оказались сущим бедствием. Они отказываются выполнять указания, сделанные резким тоном, воспринимают материал «от общего к частному», а не так, как построены наши учебники — «от частного к общему». Все это в сочетании со своеобразной логикой и необычным юмором раздражает учителей, мешает им вести уроки в привычном русле. К тому же эти дети, в подавляющем большинстве правополушарные, многие буквы и цифры пишут зеркально и путали «право» и «лево». Они неправильно (с формальной точки зрения) строят фразы. Этих детей очень трудно научить грамотно писать, потому что они, прекрасно зная правила грамматики, делают странные ошибки (например, путают буквы «б» и «м»). Они могут простейшую задачу в два действия решить десятью действиями, объясняя это тем, что мальчик из задачи мог иначе распорядиться объектами вычислений, и задача от этого стала бы интереснее.

Удается ли таким детям все же приспособиться к обычной среде?

— Большую часть этих детей так или иначе приспосабливают к привычной школьной рутине, но не все. А те, кто не смог приспособиться, часто становятся асоциальными и озлобленными, отказываются учиться, перестают ходить в школу. К нам чаще всего приводили именно таких надломленных детей. Да и сейчас в семейный клуб приходят родители, которые столкнулись именно с этими проблемами. Клубная форма отношений хорошо принимается детьми, которым трудно соответствовать формальным требованиям больших коллективов. Поэтому родители часто отдают своих «не таких» детей в кружки, студии, секции, а образование они получают в форме экстерната или в семье.

Вначале девяностых годов в частной школе мы начали активно искать методы успешной работы с «неправильными» детьми. Мы приглашали психологов, которые учили нас педагогов работать с правополушарными детьми, мы проводили семинары по преодолению школьных неврозов, на которых лучшие специалисты рассказывали нам о причинах и способах борьбы с этим видом неврозов. Наши учителя постоянно учились новым формам образовательной деятельности.

В классах по 10-12 учеников мы старались найти реальный индивидуальный подход к каждому ученику, организовывали для них индивидуальные и групповые занятия с психологами и логопедами, выстраивали программы, ориентированные на правополушарных детей. Вскоре мы узнали, что наши коллеги в Америке уже давно столкнулись с проблемой детей, «выпадающих» из школьного социума, назвали ее ADHD или ADD и ищут универсальные способы решения этой проблемы. Синдром ADHD у нас назвали «синдромом дефицита произвольного внимания». Попытки преодолеть этот синдром в рамках массовой школы стали предпринимать в России только в конце 90-х годов. Были открыты специальные школы для детей с девиантным (неправильным) поведением. В этих школах маленькие классы, не больше десяти учеников, большое количество психологов, дефектологов, логопедов, воспитателей. Педагоги этих школ проходят серьезную переподготовку для работы с трудными детьми. Недостаток этого решения в том, что направляются в такие школы ученики уже сломанные и реанимировать их одаренность и социальную полноценность практически невозможно. Каждый ученик в этих школах стоит государству очень дорого, и поэтому туда направляют в основном детей из неблагополучных и неимущих слоев общества. Этих учеников просто убирают из массовых школ, где они мешают, но при этом перспективы их собственной жизни отнюдь не радужны. С печатью специальной школы берут далеко не во все колледжи, не говоря уже об институтах. Обеспеченные и социально полноценные семьи вынуждены и предпочитают решать проблемы своих детей самостоятельно.

Признать их право на непохожесть

Какие подходы в воспитании детей-индиго вы считаете неприемлемыми?

— Я противник медикаментозного вмешательства, разрушающего психику детей. В Штатах нашли более простой и дешевый способ упаковывать таких детей в прокрустово ложе традиционной массовой педагогики — им просто прописывали риталин (психотропное средство, подавляющее деятельность мозга, у нас аналогичные лекарства прописывают старикам при тяжелой форме сенильного слабоумия). Исследование, проведенное в 1996 году Медицинским институтом при университете Джона Хопкинса, показало, что с 1990 по 1995 год количество подростков, принимающих риталин (метилфенидат) от ADHD увеличилось более, чем в два раза. В настоящее время, по некоторым данным, уже около 4 миллионов американских детей принимают риталин. Этот препарат не решает проблему, он просто подавляет и замедляет реакции. О побочных последствиях приема этого лекарства не сообщается, но военное ведомство США отказывается принимать в армию рекрутов, которым прописывали риталин в школьном возрасте.

Мне пришлось два года воспитывать в своей семье мальчика из США, которому был прописан риталин. Это был необыкновенно музыкальный, артистичный и спортивный подросток. После развода родителей он очень скучал по отцу и пытался привлечь его внимание разными шалостями. Администрация школы, где он учился, направила его на обследование и вынудила родителей посадить его на риталин. Когда он после года лечения попал в Россию, к нам в школу, было видно, что когда-то у него была хорошая память, способности к языкам, неплохие математические способности. Но все это было разрушено. От прекрасного интеллекта остались обломки. Он мог усвоить какие-то новые сведения только, если с ним занимались индивидуально, но получение высшего образования или даже специального среднего было уже нереально.

Два года Рома прожил в моей семье, и нам удалось научить его общаться с людьми без развязности и занудства. Он даже успешно проучился год в школе с военизированной формой обучения, где привык к режиму и порядку. К сожалению, родители забрали его в Америку, и там он опять скатился к тому состоянию, в котором прибыл к нам.

К сожалению, большинство родителей глухи к призывам психологов и педагогов быть с детьми внимательными, доброжелательными, уважать их и любить такими, какие они есть. Родители искренне не понимают, почему они должны воспитывать детей иначе, чем воспитывали их самих. И вот американские психологи Ли Кэрролл и Джен Тоубер нашли неоспоримый довод: «Ребенок Индиго - это такой ребенок, который обладает новыми необычными психологическими характеристиками и моделями поведения. Это предполагает, что люди, взаимодействующие с подобными детьми (особенно родители), чтобы достичь успеха, должны изменить свой подход к ним, методы воспитания и способы лечения». А я считаю, что лучше обойтись без лечения.

Что бы вы посоветовали родителям, у которых ребенок Индиго?

— Явление названо. Теперь родители могут гордиться тем, что у них необычный ребенок. Не нужно больше ощущать себя аутсайдерами с больным ребенком на руках, а счастливыми родителями ребенка, который пришел из будущего. Непохожесть вашего чада на других детей воспринимайте не как бремя, а, наоборот, как удачу.

После такого изменения родительского сознания с ребенком можно спокойно работать. Хотелось бы видеть родителей союзниками в формировании личности их ребенка.

Мировая педагогика за последние полтора века нашла множество способов и методов работы с детьми без насилия, в режиме сотрудничества, в интонации взаимного уважения. Проблема в том, чтобы эти принципы были приняты массами педагогов и родителей. Обобщение детей, выпадающих из среднестатистической нормы, в группу «детей Индиго» - прекрасный психологический ход.

Теперь мама, которую вызывают в школу и ругают за шалости ее ребенка, может отослать учителей к книге «Новые дети уже пришли» и гордо сказать: «Мой ребенок — ребенок Индиго. Он требует уважения и внимания к себе». А если не найдете понимания у педагогов, то не пытайтесь в отчаянии ломать своего ребенка, а поищите для него другую школу или другую форму образования.

Школа — один из самых консервативных институтов государства. Практически со времен чеховской гимназии в российских школах мало, что изменилось. Разве что, она стала более массовой, а это усугубило недостатки и уничтожило многие достоинства. А в целом, школа — это все те же классы, в которых сидят, преодолевая скуку, подростки. Ведут уроки в этих классах все те же учителя, среди которых, в лучшем случае, один из двадцати любит свою работу. И все те же экзамены, на которых нужно продемонстрировать умение более или менее точно воспроизводить чужие мысли, сдают наши дети. Все попытки подлатать эти старые меха, чтобы налить в них новое вино, обречены на провал. Исправить положение, требуя все больше отчетов, ужесточая санитарные требования, меняя какие-то мелкие частности в содержании учебных предметов, невозможно. Так же, как в американских школах не помогут полицейские на каждом этаже и массовое лечение учеников от интеллекта и одаренности.

Новые дети уже пришли. Они могут стать спасением этого мира, а могут стать его проклятьем. Именно «вылеченные» риталином американские ученики врываются с оружием в свои бывшие школы и убивают всех подряд. Именно сломанные жесткой школьной системой российские ученики идут в криминал и там находят применение своим невостребованным способностям.

Совершенно не важно, какого цвета аура у «других» детей, важно то, что они требуют другой организации учебного процесса и другого подхода к их воспитанию. А главное, требуют того, с чем труднее всего смириться взрослым, воспитанным в авторитарной системе, — уважения к ним, признания права на непохожесть и реальную свободу выбора.

Все это давным-давно описано в методиках Штайнера и Монтесори, в книгах Амоношвили и Щетинина. Не нужно изобретать велосипеды, на них нужно научиться ездить. А для этого нужно поверить, что учиться необходимо.

Может быть книга «Дети Индиго», написанная просто, убедительно и интересно, увеличит число людей, которые хотят жить вместе с детьми Индиго, любить их, сотрудничать с ними и верить, что сеять разумное, доброе, вечное, не смотря ни на что, все-таки имеет смысл.

Автор: Елена Карелина, elena-karelina@mail.ru

В тексте использованы материалы: Феодосия глазами Елены Карелиной

Ранее Новости Крыма сообщали:

Полицейские изъяли в Сакском районе девять килограммов марихуаны. Крымские полицейские в рамках расследования уголовного дела провели обыск в домовладении жителя Сакского района, где обнаружили почти девять килограммов марихуаны.

«Эта зараза поразила Крым»: не менее половины молодых крымчан - наркозависимы. В Крыму не менее половины молодежи поражено наркотической зависимостью.

Крымские студенты хотят получать специальности в сфере общепита и торговли. Студенты Крыма наиболее часто предпочитают получение специальностей в сфере общественного питания и торговли.

Ученые заявили, что молодежь Крыма абсолютно аполитична. Центр социологических исследований СевГУ завершает в 2019 году трехлетнюю работу над проектом «Межнациональное и межрелигиозное согласие в студенческой среде Крыма и Севастополя».

Коронавирус в Крыму
Почти сто: сводка о новых заражениям в Крыму

Почти сто: сводка о новых заражениям в Крыму

За 16 апреля на территории Республики Крым зарегистрировано 99 случаев коронавирусной инфекции, в том числе 14 случаев с бессимптомным течением заболевания.

Водный кризис
«Туристы и местные потерпят»: власти Ялты официально объявили, что летом воды будет не хватать

«Туристы и местные потерпят»: власти Ялты официально объявили, что летом воды будет не хватать

Наполняемость водохранилищ ялтинского региона и дебет альтернативных источников свидетельствуют о том, что курортный сезон не удастся провести без ограничений водоснабжения.

Власть
Зубков «подарил» землю Крыму

Зубков «подарил» землю Крыму

Более 37 гектаров сельхозугодий в Белогорском районе Республики Крым пожертвовал крымский бизнесмен Олег Зубков в государственную собственность региона.

Власть
Крымчане получили квитанции за капремонт с ошибками

Крымчане получили квитанции за капремонт с ошибками

В Министерстве ЖКХ заверили, что впредь такого не повторится.

Поиск в новостях Крыма

© 2021 - 2003 Новости Крыма, крымская служба новостей

Новости Крыма - являются независимым сетевым изданием. Сайт существует с 2003-го года и все это время в режиме онлайн освещает события, происходящие в Крыму. Главный девиз проекта «Новости Крыма» - «мы сообщаем только факты - выводы вы делаете сами».

Словосочетание «Новости Крыма» является зарегистрированной торговой маркой. Все права защищены. Перепечатка материалов разрешена только при условии прямой гиперссылки (https://news.allcrimea.net) на Новости Крыма.

© Проект КРЫМ.онлайн

Обратная связь

О проекте | Политика конфидициальности

Полный сборник правовой информации