Онлайн конференция. Вопросы принимаются

Выбери название сам!

Первая ночь. Первые фото первых маньяков...

Когда культура превращается в новости...

Мечта дороже пятака

23 августа 2008 / 08:05

23 августа 1880 года родился Александр Грин — романтик, придумавший «Алые паруса», «Золотую цепь», «Бегущую по волнам», словом, целую страну «Гринландию»

Жил да был на свете странный человек. Он мог бродить часами в зарослях ежевики и боярышника, охотиться с самодельным луком на ворон, сидеть ночами во дворике под акацией и смотреть на звезды. Но когда он брал в руки перо, то попадал в страну, которой нет, хотя ее города, острова и проливы знал наизусть: Лисс, Каперна, Гель-Гью…

Доброго сказочника звали Грин.

Это он понял одну нехитрую истину: «Она в том, чтобы делать так называемые чудеса своими руками. Когда для человека главное получить дражайший пятак, легко дать этот пятак, но когда душа таит зерно пламенного растения-чуда, сделай это чудо, если ты в состоянии. Новая душа будет у него и новая у тебя».

Всегда ли мы это понимаем?

Когда-то путешественники на горной крымской вершине Сюрю-Кая были поражены открывшимся зрелищем. По синему морю в Тихую бухту входил корабль под алыми парусами. И было все, как в повести Грина: в пене прибоя бежала юная Ассоль навстречу своей мечте, и такой же счастливый капитан Грей протягивал к ней руки.

Зрителям съемок художественного фильма «Алые паруса» повезло — они первыми увидели ожившую сказку о надежде и любви. В ленте «Бегущая по волнам» на старте нашего века использовались виртуальные компьютерные съемки. И тем не менее даже электронная техника и технологии не способны разгадать душу человека — «маленькую человеческую точку с огромным, заключенным внутри миром».

И Ассоль и Фрези Грант были особенно дороги автору, над их образами он работал долго. У «Бегущей по волнам», к примеру, насчитывалось сорок четыре начала. Жена Грина, Нина Николаевна, вспоминала: «Не могу найти вход в русло, — говорил он, иногда не дочитав даже очередное дописанное. — Ничего не стоит. Дрянь! Понимаешь, как важно в романе, да и в рассказе — начало. Хорошее, продуманное, стройное. Оно, незримо для читателя, определяет конец, без скрежета непродуманности. Так как я пишу вещи необычные, то тем строже, глубже, внимательнее и логичнее я должен продумывать внутренний мир всего. Фантазия всегда требует строгости и логики».

Мастер слова искал и искал начало, и все-таки нашел то единственное, неповторимое, «как четыре строчки стихотворения, что ложатся в душу навсегда».

Господи, да что там 44 начала или 4 строки! Его самое известное произведение первоначально называлось «Красные паруса» и действие происходило в революционном Петрограде. Не буду вдаваться в споры критиков о том, насколько талантлив Грин как писатель, но как литправщик — он гениален! После «Алых парусов», как и после «Дон Кихота» или «Шинели», сказать что-то новое на «заданную тему» оказалось невозможно.

Конечно, Грин понимал, что эпитет «красных» намного облегчит его жизнь. Пора бы уже остановиться и остепениться, и так досталось крепко. Александр Грин, а если быть точным, Александр Степанович Гриневский, работал плотогоном и грузчиком, актером и маляром, переписчиком и гасильщиком нефтяных пожаров. Крымские берега впервые увидел в 16 лет, когда плавал учеником матроса на пароходе «Платон».

В 1902 году стал рядовым пехотного батальона. Из казармы, где новобранцы подвергались муштре и издевательствам, он бежал, был пойман и два года просидел в севастопольской и феодосийской тюрьмах. В Феодосию писатель вернулся лишь в 1924 году. Конечно, сходил и на то место, где стояла тюрьма, а потом в «Автобиографической повести» с удовлетворением отметил, что от нее не осталось и следа. Знал бы, что и впереди жизнь не легче...

Грин как-то говорил в шутку, что его жизненный идеал — шалаш в лесу у озера или реки, в шалаше жена варит пищу и ждет его. А он, охотник, несет ей добычу и поет веселые песни.

Казалось, на склоне лет так и выйдет. Грины жили сначала в Феодосии, даже адрес себе придумали: Лисс, улица Тави Тум, 37. Если хозяин с утра не писал, то вместе отправлялись к морю с книгами и рукоделием, сидели на камнях у кромки прибоя, разговаривали, смотрели на волны. Потом возвращались домой. Если денег хватало, на столе появлялись варенье и домашнее печенье, но чаще всего обходились сухариками.

Летом 1931 года Грины переехали в Старый Крым. Жилось трудно, из издательств один за другим приходили отказы. Жена Нина писала в воспоминаниях: «Грину сказали откровенно: «Вы не хотите откликаться эпохе, и в нашем лице эпоха мстит вам». Но мстила писателю не эпоха, а чинуши. Съездив в Москву, он сказал : «А литературные дела наши совсем плохи. Амба нам. Печатать больше не будут. Продать сборник рассказов — нечего и думать». Его объявили писателем, ушедшим от действительности. Только журнал «Звезда» печатает его автобиографические очерки. Грин решил им дать название «Легенда о себе». «Обо мне, — говорил он, — всю жизнь рассказывали столько небылиц, что не поверят написанной истине, так пусть же это будут «Легенды».

Имя жены писателя написано на титульном листе «Алых парусов»: «Нине Николаевне Грин подносит и посвящает автор». Что еще можно добавить к этим словам? Разве что еще многочисленные легенды? Говорят, что когда Нина заболела, а в доме не было ни еды, ни дров, писатель раздобыл три яйца и сжег новую рукопись, чтобы поджарить яичницу. Рассказывают, что романтик всегда ходил в одном и том же черном драповом пальто. Однажды он зашел в греческую кофейню и продал его, а на вырученные деньги купил корзину белых роз — у его Ассоль был день рождения. Когда Нина скончалась, ее не разрешили похоронить рядом с мужем. Утверждают, что ночью почитатели вырыли гроб и перенесли его в могилу Грина.

В стране «Гринландии», которую мы хорошо знаем, живут прекрасные и благородные люди, умеющие понимать чужую боль и радоваться чужому счастью. Увы, жизнь — не сказка, реальность куда страшнее вымысла. Из тюремной камеры и из-за колючей проволоки алые паруса не увидишь. Нина Грин провела там десять лет, отсидела, как говорится, «от звонка до звонка» по ложному обвинению. Посмертно ее реабилитировали лишь в 1997 году.

Еще одна жуткая деталь. Долгие годы на могиле Грина в Старом Крыму стояла бронзовая фигура Фрези Грант из «Бегущей по волнам». В 1998 году местный житель распилил Фрези и сдал в пункт приема цветных металлов. За 10 гривен — тогдашняя цена бутылки водки. Как выяснилось позже, стащил статуэтку… внук следователя НКВД, который вел уголовное дело против Нины Грин. Круг замкнулся.

И мир тесен, и жизнь меленькая, и судьбы перепутаны. Константин Паустовский в «Давно задуманной книге» писал: «Удивился я, когда узнал биографию Грина, узнал его неслыханно тяжкую жизнь отщепенца и неприкаянного бродяги. Было непонятно, как этот замкнутый и избитый невзгодами человек пронес через мучительное существование великий дар мощного и чистого воображения, веру в человека и застенчивую улыбку. Недаром он написал о себе, что «всегда видел облачный пейзаж над дрянью и мусором невысоких построек».

Умеем ли мы видеть облака над дрянью и мусором перестройки?

Фигурку Фрези Грант восстановили — помогло специальное решение Совета министров Крыма, иначе бы до сегодняшнего дня резину тянули. Работают музей Грина в Феодосии и Дом-музей в Старом Крыму. Экспонаты для них собирали всем миром. Поклонники творчества писателя дарили то подзорную трубу XVIII века, то секстант, то канделябры. Приходили посылки и бандероли с картинами, книгами, фотографиями, сувенирами. Трехмачтовый фрегат с алыми парусами прислал конструктор из Бреста Игорь Малюткин, портрет писателя — художник из Костромы Николай Шувалов. Вот первая книга рассказов Грина «Шапка-невидимка», изданная в 1908 году тиражом 200 экземпляров. Она давно стала библиографической редкостью — известно лишь несколько экземпляров. На титульном листе — рисунки автора, что увеличивает ценность сборника. В нашу рыночную эпоху можно было бы продать раритет с выгодой. А рабочий Николай Решетняк из Санкт-Петербурга прислал книгу просто так, не за пятак!

…Последние месяцы жизни Грин жил на копейки. Ответ на заявление в Союз писателей о назначении пенсии замурыжили. С каждым днем ухудшалось здоровье. Врачи поставили диагноз: ползучее воспаление легких. А оказалось — рак. В июле 1932 года писателя не стало.

Рассказываю об этом скороговоркой. Из всей огромной кипы воспоминаний выдерну лишь один эпизод. Про девочку, которая бежит по улице с небольшим пакетиком чая, собранного по крупицам, по щепоточке у знакомых и соседей, с верой в то, что Грин выпьет ее волшебного чая с малиной и обязательно поправится. Не успеет… Зато научится смотреть на мир глазами Грина.

Город спрятан в листьях свежих.

Тянет ветром грозовым.

Чем порадуешь приезжих,

что расскажешь, Старый Крым?

Крылья южного заката

над сплетеньями маслин.

Вот и дом, где жил когда-то

добрый сказочник один.

Просыпался утром рано,

с облаками говорил.

Он просторы океана

видел в лужице чернил.

Вопреки дневным заботам,

видел в дальнем далеке

алый шелк над галиотом,

след ребенка на песке.

Открывалась постепенно

необычная страна,

где о камни в клочьях пены

разбивается волна,

где горит над птичьим клином

солнца чищенная медь…

Нужно быть, конечно, Грином,

чтобы это разглядеть.

Автор: Владимир Куковякин

По материалам: Ялтинский курьер

печатная версия  /  комментарии (1) /  послать другу

21 сентября 2008 Федор Шаляпин: С мечтой о Замке искусств 110 лет назад Федор Шаляпин впервые выступил в Ялте... 29 августа 2008 Когда вода живая… 175 лет назад, 29 августа 1833 года, была освящена церковь Иоанна Предтечи в Массандре...		23 ноября 2008 Ялтинский календарь. 23 ноября 22 ноября 2008 Ялтинский календарь. 22 ноября 21 ноября 2008 Ялтинский календарь. 21 ноября 20 ноября 2008 Ялтинский календарь. 20 ноября 19 ноября 2008 Ялтинский календарь. 19 ноября 18 ноября 2008 Ялтинский календарь. 18 ноября 17 ноября 2008 Ялтинский календарь. 17 ноября