Краше и желаннее подарка к юбилею не придумаешь: за несколько дней до 75-летия Алексея Феодосьевича Гуляницкого в семье его младшего сына Алексея, заместителя концертмейстера симфонического оркестра имени Евгения Светланова, преподавателя Московской консерватории, родилась дочь. Назвали Софьей
Таким образом в седьмой раз маэстро и его супруга Тамара Петровна «короновались» почетными и ответственными званиями дедушки и бабушки. В семейном букете теперь двое внуков и пятеро внучек. Расстарались на славу два сына и дочь четы Гуляницких — дети чистой и светлой любви, которая длится, не угасая ни на миг, уже почти полвека. Что в сравнении с этим простым, но редким человеческим счастьем почетные звания, важные регалии и любые награды?
«Тома… Томочка». «Алеша»… Так они по сей день называют друг друга и наедине, и в кругу семьи и друзей. Последних с годами становится меньше, зато они — самые верные. Только их в гости и приглашают. А в прежние годы здесь было куда более шумно. И мне в этом смысле повезло. С сыном Гуляницких Юрием, переводчиком Московского института Армии спасения (международная организация), смотрели на ноутбуке сотни фото из семейного архива, оформленного в виде строго классифицированного по разделам альбома с краткими пояснениями. Он говорит мне: «Вы один из первых из журналистов, кто эти фотографии видит». Здесь — обширная и интереснейшая история семьи: известные предки Алексея Феодосьевича, включая знаменитого деда, первого Народного художника Украины Г. П. Светлицкого, в семье которого воспитывался и кем А. Ф. Гуляницкий до сегодняшнего дня очень гордится; биография известного дирижера с перечислением всех почетных званий, хронологией гастрольных поездок по странам и континентам. Шутка ли: 40 лет за дирижерским пультом и художественного руководства симфоническим оркестром Крымской филармонии. Сегодня вся семья его — действительно, букет талантов, и не только музыкальных, хотя, к примеру, Ялтинскую музыкальную школу закончили все дети Гуляницкого и некоторые внуки.
…Слюбила их в конце пятидесятых летняя Алушта. Молодые и красивые, оба из Киева, они были незнакомы, просто отдыхали «дикарями» в уютном городке у моря. Случайное знакомство обернулось дальнейшей совместной судьбой.
— Я влюбился сразу, буквально вмиг, — с непередаваемой искоркой в глазах рассказывает мне Алексей Феодосьевич, пока жена, сохранившая и стройность, и особую красоту своих лет, хлопочет на кухне, накрывая чайное застолье. И уже в ее присутствии:
— Моя Томочка лишила меня покоя сразу и навсегда. Я же был постарше, уже более-менее известным в Киеве скрипачом. И вот, думаю, вдруг отвергнет? Не знаю, как бы тогда сложилась судьба. Только благодаря ей я стал тем, кем стал — надеюсь, хорошим дирижером. Будучи музыкантом, дирижером видел себя только в снах, завидовал этим людям, известным, талантливым и недоступным. А Тома как-то очень быстро сумела меня убедить: и ты сможешь!
Тамара Петровна лукаво улыбается:
— Да все проще было. Я, научный работник, получила прибавку и стала зарабатывать 100 рублей в месяц. У Алеши — 90… Говорю ему: непорядок! С того и началось. С материального стимула и его чувства достоинства.
В общем, как бы то ни было, а в 1965 году молодой дирижер Алексей Гуляницкий, доселе с 1957-го музыкант группы первых скрипок Государственного симфонического оркестра Украины, приглашается в симфонический оркестр Симферопольской филармонии на ЮБК, и его назначают вторым дирижером. Через полгода — первым. Сорок последующих лет — во главе одного коллектива. Фантастика. А Тамара Петровна два десятилетия трудилась в институте «Магарач», была одним из ведущих специалистов. Перечислять все происшедшее за эти годы — пары томов не хватит. Три, пожалуй, потребуется. Прошу вспомнить что-нибудь из забавного. Рассказывает.
Намечалась поездка в Югославию. Туда, в Сараево, его пригласил местный симфонический оркестр — дирижировать на нескольких концертах. А ехать, как объяснили, надо вдвоем. Должны в Москве дать «сопровождающего». Понятно, из каких органов. Будет как бы помощником типа «отнеси-принеси», но попробуй Гуляницкий рыпнись. Югославия тогда в СССР шла по разряду стран почти капиталистических, и без должного присмотра оставить одного советского гражданина, да еще известного дирижера никак невозможно.
Прилетает он в Москву, а здесь паника. «Носильщику» по неизвестной причине авиабилет в Югославию не куплен! Несколько часов подробного «инструктажа» запугали молодого дирижера настолько, что он стал бояться собственной тени. Враги чудились повсюду и в большом количестве. Летел в одиночку. В Сараево уже настало раннее утро, когда Алексей вдруг проснулся от страшного крика, до этого никогда и нигде не слышанного. Протяжные, невероятно громкие и пронзительные звуки человеческого голоса продолжались несколько минут, в течение которых его жутко трясло и знобило. Оказалось, обычная утренняя молитва мусульманского священнослужителя, муэдзина, звучавшая с минарета из акустических колонок.
Потом было множество поездок: Европа, США, Куба... Конечно, советские республики. Внесение имени в энциклопедические словари, в том числе в энциклопедию «Кто есть кто в музыке», изданную в 1999 г. Интернациональным библиографическим центром в Кембридже.
Не жизнь — сплошная благодать! Не скажите. У талантов всегда есть не только поклонники.
По-настоящему заслуженного, уважаемого и почитаемого человека, живущего скромной и одновременно богатейшей в творческом смысле жизнью, выбросили «за ненужностью» за борт оркестра, так внятно и не объяснив причин. История нашумевшая и, в общем, неприглядная. Оставим ее, пожалуй.
Как сладко жмурятся иные чинуши от удовольствия, не позвонив, не поздравив хотя бы открыткой того, кто создавал имидж вверенного им Крыма как территории творческой свободы и величия симфонической музыки. Вот, мол, и потешься своим величием в одиночку, в жилетку поплачься. Отпразднуй в кругу семьи.
И поздравили, и обняли, расцеловали, цветами одарили, талантом в который уж раз восхитились многие и многие люди из того светлого мира, который, к счастью, от чиновников от культуры отделен прочной стеной духовности и доброты. Щедро, по-южному темпераментно чествовали юбиляра в Крымском гуманитарном университете, где он заведует кафедрой дирижирования, вокала и хорового искусства, где оказались востребованными его обширные знания, высокий профессионализм, огромный опыт и редкий талант, все, чем делится, что прививает юным дарованиям, студентам, многие из которых сами становятся музыкальными педагогами. Он до сих пор полон сил и творческих планов.
Годы, конечно, берут свое. Недавно перенес тяжелую операцию, но восстанавливается быстро, выглядит на удивление свежо и бодро. Встретил в гостиной своей скромной ялтинской квартиры, как всегда и везде, элегантным, в галстуке, улыбчивым, общительным, окруженный трогательно теплой аурой присутствовавших при сем Тамары Петровны и старшего сына Юрия. И когда я попросил не обращать внимания на объектив направленной на них фотокамеры и продолжать вести разговор, маэстро, не секунды не раздумывая, не сказал даже, а взяв жену за руку, просто выдохнул: «Тома, я тебя люблю!». Бог тому свидетель.