Пройти по Алупке летом, не встретив художника, невозможно. Буквально на каждом шагу мольберты, картины, запах масляных красок и люди, чьи одежды вбирают следы творчества, становясь такими же разноцветными, как их палитры
Идешь ли по улице города, гуляешь ли по парку, отдыхаешь возле озера, ходишь с экскурсией по Воронцовскому дворцу или забрался в непроходимые джунгли розмарина — везде встретишь творчески испачканную личность, вооруженную кисточками и карандашами.
Дело в том, что профессор пейзажной мастерской Института имени Репина или Петербургской академии художеств А. И. Куинджи завещал свою дачу в Алупке для летней практики студентов родной академии. И вот уже более ста лет живописцы и графики каждый год приезжают сюда и работают, как заводные. Говорят, в самом теплом южном воздухе есть нечто вдохновляющее, чтобы писать с утра до вечера.
Вечер на базе — время веселое. Уставшие, но довольные сделанными зарисовками, студенты возвращаются с этюдов. Художники разбиваются на группы — видимо, по взглядам на жизнь и искусство. Девушки готовят ужин и как-то по-особому творчески его украшают. Голодные парни чистят картошку. Особо старается недавно научившийся этому сложному и опасному делу Джун Мацусима — студент из Японии, который прямиком из Крыма улетит в Токио. Он год проходил практику в Петербурге и уверен, что это время и летняя практика в Крыму стоят пяти лет там. «В академии не обучают компьютерной графике, и это к лучшему. После живописи можно сесть за компьютер, после компьютера за живопись — никогда. В Японии такому ручному труду не научат, из-за глобальной компьютеризации живопись там сейчас в диковинку».
Академия, в которой с середины XVIII века по 1917 год из столпов русской живописи не учился только Коровин… Если не будет ее, никто уже не сможет правильно нарисовать человека, нигде в мире этому уже не учат, всех остальных захлестнула волна либерализма. Академия — своеобразная цитадель, замок. Внешние и внутренние революции, потрясения, бунт передвижников и футуристические манифесты, 17-й и 37-й почти не изменили ее внутреннего уклада. Там учат учиться, и это — серьезное преимущество. Туда приезжают учиться со всего мира: студенты из Германии, Кореи… У братьев Дмитренко, профессиональных художников из Киева, мечтавших учиться в Петербурге, теперь альтернатива, особая традиция: каждый год они приезжают в Алупку, вновь и вновь проходят практику со студентами и таким образом ощущают «дыхание академической школы». А еще… пишут бесплатные портреты. Говорят, природа так много дарит тепла, света и радости, что самим хочется что-то подарить.
В одной из комнат слышны звуки гитары — вечерний концерт в разгаре. В прошлом году был побит рекорд: одновременно привезли инструменты шесть человек. Это действительно восхищает, если учесть, что каждый студент везет с собой этюдник, холсты и краски. Но талантливый человек талантлив во всем. Видели когда-нибудь художника, виртуозно играющего концерты Баха? Дипломата, ушедшего с высокого поста и ставшего вольным художником? На базе в Алупке кого только не встретишь! Концентрация творчества здесь действительно высока. Начальник базы никак не может понять «причуд» этих творческих людей. Ну, к примеру, что за блажь разводить во дворе костер или ночевать на крыше под открытым небом, под звездами? Или устраивать костюмированную вечеринку на южные мотивы, делать своими руками костюмы, встречать рассвет у огня? Перспектива подобного «безобразия» во дворе встретила категорический запрет. Однако художники нашли выход — мероприятие, проведенное возле моря, оставило незабываемые впечатления…
Ужин продолжается. В гостях художники-постановщики с базы Московского ВГИКА, которая находится в Ялте. Вспоминают, как утром рисовали «обнаженку». Тот факт, что проходило все на верхней террасе, под прикрытием кустов и деревьев, не помог полной конфиденциальности. Пара алупкинских мальчишек, каким-то образом прознав о предстоящем событии, подкрались и затаились в ближайших кустах, пока один график не пошел в заросли вылить не первой свежести воду из-под акварели… Разговаривают о Крыме, о Ялте и об Алупке.
Южная природа дает пищу: после сдержанного и сырого Питера яркие, сочные краски заставляют переносить и в свой внутренний мир, и на холст солнце, свет и насыщенность. Художники на месте не сидят. За неполных два месяца практики они объезжают весь Южный берег, лазят по всем интересным доступным и труднодоступным местам. К концу практики они знают Крым на уровне начинающего экскурсовода. Можно бы и подработать, да только «кто подо что заточен», зов творчества сильнее. И на природе Крыма он зазвучал в них отчетливее: преподаватель подтверждает, что их мастерство растет на глазах, второкурсники начинают писать довольно профессионально. И кто знает, горные ли склоны Ай-Петри или тесные ялтинские улочки станут будущими шедеврами, излучающими тепло крымского солнца в музеях крупных городов.
/
реклама
